• Вы читаете рубрику - Музыканты

    Мариано Морес (Mariano Mores)Марияно Морес (Mariano Mores) бесспорно успешный артист, и это никогда не ставилось под сомнение. Его искусство непринужденно проявлялось через все существующие широковещательные СМИ: записи, радио, театр, ТВ и даже кино.

    Его популярность распространялась по всей стране и за ее пределами, у него всегда были фанаты. Публика жаждала шоу, похожее на мюзик-холл. Представьте большой и пронзительный оркестр, с певцами, что поют со всей их энергией, танцоры, световые эффекты, превосходный хор и их дирижёр, настолько подвижный, что временами обе его руки на клавишах, то играет одной и дирижирует другой, а иногда, отойдя от инструмента, дирижирует оркестром, используя обе руки. И все это делалось ради шоу-бизнеса.

    Но что парадоксально, эти популярность и формула успеха от Мариано Морес, которые он пронёс через всю свою долгую карьеру, были в тоже самое время причиной, почему многие ценители танго не принимали и критиковали его за его стиль и звездность.

    На самом деле, любители танго, восторгающиеся Анибалом Тройло, Освальдо Пульезе, Освальдо Фреседо или даже Хуаном Д’Арьенцо, никогда не примут этот стиль, и даже обсуждать возможность не будут. Это было совсем другим. Вы не можете слушать Мореса с горячностью, Морес не для танцевания, никто не обращает особого внимания на его певцов, по сути это был оркестр для театра и телевидения. Оркестр для шоу бизнеса.

    Единственное чего никто не мог отрицать, что он был талантливым композитором. Как кто-то однажды сказал: «Мелодия в его голове.»

    Он обладал избытком вдохновения и способностей, чтобы создавать музыку к словам песен бесспорно величайших поэтов танго.

    Помимо всего прочего он не достаточно широко узнаваем, он хороший пианист, но при этом его стиль предавал его самого и работал против него; его жесты и гримасы, когда он играл на инструменте, снижали его популярность.

    Так или иначе, Морес демонстрирует собой образец артистичности, который лишь немного благословен судьбою, и в котором смешаны природное мужество, очарование, коммерческий ум и талант. В наши дни он известен как популярный идол, который представляет собой важнейшую часть танго истории.

    «Возвращаясь в 1936, мне тогда было четырнадцать, и однажды я ехал на трамвае по улице Коррьентес. Напротив кафе Germinal был бар Vicente, на двери которого было объявление о том, что требуется пианист, играющий мировые хиты, кроме того умеющий играть с листа. И я пошёл, было собеседование, и они наняли меня за три песо и 50 центаво в день. Вскоре я пошёл учиться в академию под руководством Луиса Рубинштейна; я стал его другом. Известные певцы и многие другие, кто начинал тогда свою карьеру, приходили туда на уроки вокала. Тогда я познакомился с Родольфо Скиаммарелла, который попросил меня написать аранжировку к пришедшим ему на ум словам песни. У него был хороший слух, он был отличным сочинителем песен, но совершенно не умел писать музыку. Из этого сотрудничества родилась песня “Salud, dinero y amor” (Здоровье, Деньги и Любовь), вначале это была самба, но я превратил ее в вальс. Это была сенсация.»

    Морес также рассказывал нам, что просил у Луиса Рубинштейна текст песни, к которой он мог бы написать музыку: «…так родилась “Gitana” (Цыганка), песня с испанским оттенком, которую я никогда не исполнял, ее исполнили дуэтом Тито Счипа и Гомес-Вила. В то время парагвайская музыка была в моде, после успеха “India”, guarania (парагвайской фольклорной музыки) представленной Самуэлем Агуайо. Вдохновлённый этим я сочинил “Flor de hastío” («Цветок Скуки»), песню, о которой в дальнейшем не было новостей и лишь спустя год, когда я был в Асунсьоне (столице Парагвая), я узнал, что она имела огромный успех, но люди полагали, что ее сочинил аноним или народ.»

    Вскоре после этого директор Академии назначил его учителем, и работая в этой роли, он познакомился с Марго и Мирной Морагес, и он влюбился в последнюю. Когда молодой учитель присоединился к их дуэту Las Hermanas Mores (Сестры Морес), они переименовали себя в Trío Mores (Трио Морес). Они выступали на радио и различных мероприятиях, до тех пор пока пианист не присоединился к оркестру известного Франциско Канаро.

    Об этом времени он говорит следующее: «Некоторое время назад я написал несколько музыкальных аранжировок для японцев, для японской популярной музыки с танго ритмом. Они заплатили мне пять тысяч долларов, целое состояние. Я купил семь костюмов высшего качества, семь рубашек и всего по семь. Ну и я превратился в денди, сошёл с трамвая на углу улиц Кащао и Коррьентес и вдоль последней я пошёл до улицы Флорида, по одной стороне, и вернулся обратно по другой стороне, демонстрируя свой гардероб. Люди стали удивляться: «Кто этот роскошный молодой человек?» И однажды Иво Пелай увидел меня и сказал мне: «Ты отлично можешь себя преподнести. Никогда не меняйся.»

    Канаро был для Мариано как отец. Родольфо Скиаммарелла представил его Иво Пелайю, партнёру Канаро. Морес дебютировал в составе оркестра Канаро в 1939 в Teatro Nacional (Национальном театре), расположенным на улице Коррьентес, и покинул оркестр в 1948 г.

    В сотрудничестве с Луисом Рубинштейном Морес выпустил танго “No quiero” («Не люблю») в 1938 и в ближайший год его первый главный хит «Cuartito Azul» («Голубая комнатка»), о которой он рассказывал следующее: «… по сути это аранжировка «La Cumparsita», вступление, но когда Марио Баттистелла услышал его, то сказал мне, что это уже самостоятельное танго. Оно получило своё название из-за маленькой комнатки, что я снимал по адресу 2410 улица Серрано (недалёко от Палермо), чтобы жить поближе к своей девушке. Однажды мне пришлое в голову мысль покрасить ее и для этого я растворил таблетки белизны, которые продавались в маленьких голубых кубиках. Слова были написаны уже после музыки Браттистелой. Почти всегда я сочиняю так. Сначала музыка, но бывают и исключения.»

    «Моим первым вкладом в кино стала музыка для фильма «Senderos de fe» («Путь веры»), с Амандой Ледесма, Хуаном Карлосом Торри и Педро Маратеа. Премьера состоялась 26 октября 1938 г., … он провалился, и написанные мной композиции я предал забвению.»

    В 1939 году, Морес написал музыку для фильма «Corrientes calle de ensueño» («Призрачная улица Коррьентес»), в котором он также сыграл как актёр. Также в том же году в «La doctora quiere tangos» («Женщина врач любит танго»), с актрисой Миртой Легранд. И наконец в фильме «La voz de mi ciudad» («Голос/крик моего города») с Дианой Магги в 1953 г.

    «Мое самое популярное танго «Adiós pampa mía» («Прощай моя пампа»), дань уважения фольклору равнин, танго с мотивом перикона (pericón — фольклорный танец) и музыки гаучо. Моим самым большим разочарованием было «Por qué la quise tanto» («Почему я любил ее так сильно»), потому что я хотел, чтобы это танго первым исполнил Уго Дель Карриль, но это было невозможно. Позже это произведение стало хитом Мигеля Монтеро.»

    По нашему мнению, танго, которые он сочинил с Энрике Сантос Диссéполо, самые лучшие из его музыки: «Cafetín de Buenos Aires» («Кафешка Буэнос-Айреса») и «Uno» («Один»). «Когда я впервые встретил Энрике, он сказал мне: — Мальчик, я больше не пишу музыку, теперь ты это будешь делать. Прежде чем он передал мне текст для «Uno», я ждал 3 года. Я уже почти и забыл про него.»

    «Манси был великим поэтом, он был близким другом Тройло и работал с ним. Когда он был уже болен, я приехал навестить его, он был уже прикован к постели. Он сказал мне: «Я так ничего и не создал вместе с тобой! Я одной ногой в могиле и я не смогу это исправить. Меня угнетает эта мысль.» Тогда я стал напевать ему музыку, которая у меня была, смесь танго и маламбо, и он тут же стал говорить: «La voz… triste y sentida, de tu canción… una lágrima tuya…” («Голос… грустный и искренний, твоего сердца… одна твоя слеза…»), итак был рождён новый хит: «Una Lágrima Tuya» («Одна твоя слеза»).»

    Мариано Морес родился в районе Сан Тельмо. На его счету около 300 записей. Его первым певцом был его брат Энрике под артистическим псевдонимом Лусеро. Многие вокалисты прошли через ряды его оркестра: уругваец Марио Понсе де Леон, Альдо Кампоамор, Карлос Акунья, Мигель Монтеро, Уго Марсель и его сын Нито Морес, который умер в 1984 году.

    Мариано Морес вдохновенный композитор аутентичных традиционных танго композиций, известных и за счёт талантливого написания, и за счёт их коммерческого успеха. Учитывая вышеупомянутые композиции «Cuartito azul» («Синенькая комнатка»), «Uno» («Один»), “Por qué la quise tango” («Почему я любил ее так сильно»), «Una Lágrima Tuya» («Одна Твоя Звезда»), «Cafetín de Buenos Aires » («Кафешка Буэнос-Айрес») и «Adiós Pampa Mía» («Прощай моя пампа»), мы бы добавили ещё «Taquito militar» («Воинственные каблучки»), “A quién le puede importar?” («Для кого это важно?»), «Sin palabras» («Без Слов»), «El Firulete» («Украшение»), «Cada Vez Que Me Recuerdes» («Каждый раз когда ты меня вспоминаешь», «Cristal» («Стекло»), «Tu Piel de Jazmín» («Твоя жасминовая кожа»), «Gricel» («Грисель»), «En esta tarde gris» («Этим ненастным вечером») и многие другие.

    Авторы: Néstor Pinsón и Ricardo García Blaya
    Перевод: Климова Елена, специально для www.nuevo.ru

    Разместил запись: nuevo.ru

Вам понравился этот материал? Оцените его!
Оценка: 0,00 ( голосов: 0)
Загрузка...
Поделитесь материалом со своими друзьями в соцсетях!

Comments are closed.